5 декабря 1941 года – похороны гитлеровского блицкрига

Начавшееся ровно 80 лет назад контрнаступление Красной Армии под Москвой не только похоронило гитлеровский план молниеносной войны против СССР, но и доказало всю авантюрную сущность плана «Барбаросса»

Вряд ли кто будет спорить – даже в Германии, — что план «Барбаросса» изначально был авантюрным и неисполнимым. Даже странно, что такой план разработали немецкие генералы, всегда отличавшиеся педантизмом и вниманием к деталям. Но в данном случае они допустили просто запредельное количество ошибок, и создается впечатление, что этот план разрабатывали не умудренные опытом стратеги, а любители альтернативной истории. Те самые, которые мыслят категориями «а что было бы» или, говоря по-русски – «если бы, да кабы».

По сути, в основе плана лежал не трезвый, взвешенный расчет, а бурные фантазии фюрера, почему-то решившего, что война против СССР будет легкой прогулкой только потому, что вермахт овладел умением быстро наступать. Словно это решало все проблемы и гарантировало победу.

Попутно немцы чудовищно ошиблись в оценке как людских, так и промышленных ресурсов СССР, а наступление по трем расходящимся направлениям в бескрайние просторы огромной страны вообще заставляет сомневаться в их профпригодности. Вряд ли в истории обеих мировых войн можно вспомнить второй столь авантюрный план, больше напоминающий изощренную форму самоубийства нападающей стороны.

Да и цель нападения способна привести в изумление кого угодно. Гитлер неоднократно и на полном серьезе говорил о том, что целью нападения на СССР была попытка лишить Англию последнего союзника на континенте. 31 июля 1940 года он заявил генералам вермахта, что «если Россия будет разгромлена, то Англия потеряет последнюю надежду».

Австрийский ефрейтор всегда удивлял своими бредовыми заявлениями, но в случае с Директивой №21 он превзошел сам себя. Ведь поставить на колени Англию он решил вторжением в СССР, то есть в ту страну, которая с момента своего возникновения была одним из главных континентальных врагов (как и царская Россия) британской короны, и не далее как в апреле 1940 года Англия разработала операцию Pike, готовясь нанести бомбовые удары по нефтепромыслам Баку и Грозного. Совершенно точно, Англия в 1940 году рассматривала СССР не как своего союзника и «последнюю надежду», а как потенциального врага, иначе англичане не планировали бы бомбовые удары по советским нефтепромыслам. Однако Гитлер решил уничтожить врага Великобритании для того, чтобы… поставить Англию на колени!

Немецкому народу, избравшему в 1933 году рейхсканцлером такого феерического придурка, как Гитлер, остается только посочувствовать. Из всех государственных деятелей, оставивших след в мировой истории со времен Древнего Египта, только одному Гитлеру пришла в голову «гениальная» идея принудить Лондон к миру, наступая на Смоленск, Орел и Калугу.

Как известно, Директива №21, более известная как план операции «Барбаросса», предусматривал разгром Красной Армии в ходе молниеносной войны за 12-15 недель. Главный разработчик операции Фридрих Паулюс был уверен, что СССР сможет выставить в приграничных округах не более 130 дивизий, против которых будут действовать 190 дивизий Германии и её союзников. На разгром Красной Армии отводилось чуть больше месяца, после чего – по мере продвижения вглубь страны – ожидалось «незначительное сопротивление». Исходя из опыта Первой мировой войны, немецкие стратеги думали, что призывной резерв СССР составит максимум 12 миллионов человек, а Гитлер вообще не рассматривал Красную Армию как серьезного противника и всерьез верил, что это «колосс на глиняных ногах».

Чем руководствовались немецкие горе-стратеги – неизвестно. Если данными разведки, то немцам остается ещё и посочувствовать насчет разведки. Если чем-то иным – то это авантюра в чистом виде. Причем роковая авантюра с далеко идущими последствиями, что и показал дальнейший ход войны.

После 22 июня очень быстро выяснилось, что у Красной Армии в начальный период войны оказалось не 130 дивизий, а более 300. Например, в июле 1941 года была сформирована 310 стрелковая дивизия, а в декабре – 410 стрелковая дивизия, да и призывной резерв у СССР оказался не 12 миллионов человек, а 34. И самолетов у СССР было больше, чем у Германии, и танков, и пушек. То есть немцы ринулись в драку не только без предупреждения, но и с завязанными глазами, а затем выяснилось, что драться им пришлось не с рыхлым стероидным «качком», а с чемпионом-тяжеловесом. Пользуясь внезапностью, они едва не свалили растерявшегося чемпиона, но тот быстро пришел в себя и пустил в ход пудовые кулаки. И 5 декабря 1941 года, и без того провалив все сроки блицкрига, немцы предсказуемо получили первый тяжелый удар, от которого оказались в нокдауне.

Как только вермахт пересек советскую границу ранним утром 22 июня, он только и делал, что сталкивался с весьма неприятными открытиями. Выяснилось, что у СССР очень много танков, причем таких, о которых немцы даже не подозревали – Т-34 и КВ. Выяснилось, что у СССР много самолетов, включая новейшие ЛаГГ-3, МиГ-3 и Як-1. Выяснилось, что в отличие от царской армии, РККА вооружена прекрасными орудиями советской разработки, среди которых был такие артиллерийские шедевры, как 203 мм гаубица Б-4, 152 мм гаубица-пушка МЛ-20 и знаменитая 76 мм пушка ЗиС-3, выпуск которой впервые в мире осуществлялся конвейерным способом. Неприятным сюрпризом для немцев стала и реактивная система залпового огня БМ-13, и бронированный штурмовик Ил-2, и пистолет-пулемет ППШ.

Но самое главное – их неприятно поразила способность СССР вооружить всем этим оружием поднявшийся на борьбу с захватчиками народ. Именно народ. Потому что кадровая Красная Армия практически вся погибла к концу 1941 года, и в дальнейшем с вермахтом сражался вооруженный народ. Те самые 400 с лишним дивизий, которые немцы не могли себе представить даже в самом страшном сне. В не менее страшном сне немцы не могли представить массовую эвакуацию советских оборонных заводов на восток страны и запуск производства танков, орудий, самолетов и боеприпасов в кратчайшие сроки на новом месте.

Поэтому разгром вермахта под Москвой стал закономерным итогом недооценки СССР и Красной Армии немецкими генералами, во главе которых стоял бездарный демагог и авантюрист Гитлер. Операция «Барбаросса» изначально выглядела как бессмысленная авантюра, как детище фантастов, а не опытных военачальников, вот почему в декабре 1941 года наступавшие на Москву части вермахта оказались в двух шагах от разгрома.

И вместо планируемого парадного марша по улицам покоренной Москвы немцам пришлось останавливать заградотрядами бегство своих деморализованных контрнаступлением Красной Армии частей. И всем разом стало ясно, что война против СССР не близка к завершению, как об этом трещала геббельсовская пропаганда, а по сути, только начинается. Причем начинается в гораздо худших условиях, чем были до 22 июня 1941 года.

Авантюрист Гитлер с июля по конец декабря 1941 года добился поистине «выдающихся» успехов. Он словно сознательно делал всё, чтобы загнать Германию в безвыходное положение и довести её до тотального разгрома. Попутно и себе умудрился выписать билет в один конец. Если 21 июня Германия безраздельно правила всей Европой, за исключением Британских островов, то в конце декабря она – благодаря Гитлеру – имела:

  •  Войну на два фронта,
  •  Сформировавшуюся антигитлеровскую коалицию, к которой примкнул экономический колосс США,
  • Увязшую в русских снегах армию, которая в декабре потерпела жесточайшее поражение под Москвой и потерявшую с 22 июня около миллиона солдат убитыми, ранеными, пропавшими без вести и пленными.
  •  Из трех советских стратегически важных городов, захват которых предусматривал план «Барбаросса», был захвачен только один Киев. Ленинград удалось лишь блокировать, но он при этом оставался одним из важнейших центров по производству оружия, а под Москвой вермахт впервые с начала Второй мировой войны был поставлен на грань тяжелой военной катастрофы.
  • Но самое главное — умным людям уже в конце 1941 года стало ясно, что Германия войну проиграла. Несмотря на ресурсы оккупированной Европы, соревноваться с такими экономическими гигантами, как США, СССР и Британская империя, гитлеровский Евросоюз не мог. Он мог лишь отстрочить свой разгром, но предсказуемый финал был неизбежен. Мировая война – это прежде всего битва экономик, а по этому показателю страны Оси сильно уступали антигитлеровской коалиции. Так что уже в декабре 1941 года многим дальновидным людям во всем мире, включая Германию, было ясно, кто будет победителем и проигравшим во Второй мировой войне. Дальнейший ход которой это только подтверждал.

    Используя потенциал и ресурсы покоренных стран, Германия могла временно перехватывать стратегическую инициативу почти до конца 1942 года, но потом началось её неотвратимое крушение. Даже в 1943 году, когда казалось, что исход Курской битвы сможет повлиять на исход войны – это только казалось. В сущности, у Германии в 1943 году уже не было выбора. Не начни она операцию «Цитадель», ей пришлось бы отражать наступление Красной Армии на Курской дуге, причем в обоих случаях результат был предсказуем.

    Не смогла бы Германия удержать Италию от капитуляции в конце лета 1943 года, потому что война на два фронта банально не давала немцам возможность добиться превосходства ни на одном из фронтов. Немецкие дивизии только и делали, что мотались, как пожарная команда, между югом и востоком Европы, пытаясь спасать то, что спасать было бесполезно с 22 июня 1941 года. При этом мотаться им приходилось через территории, где привычным делом были пущенные партизанами под откос поезда и взорванные мосты.

    Один из самых бездарных правителей всех времен и народов – Гитлер — своей зашкаливающей самоуверенностью, неспособностью к глубокому анализу и авантюризмом превратил само понятие «Тысячелетний рейх» в посмешище, ведь не прошло и десяти лет с момента его образования, как он уже неотвратимо катился к бесславной гибели. Лучшие дивизии вермахта сгорали в огне фронтов, а в тылу полыхал третий фронт – партизанский. А добивал гитлеровский Евросоюз четвертый фронт – экономический, где её разгром был ещё более чудовищным.

    Например, если за годы войны страны Оси смогли выпустить 230 тысяч самолетов, то страны антигитлеровской коалиции – 606 тысяч, танков и самоходок страны Оси выпустили 39,3 тысячи, а страны антигитлеровской коалиции – 195,7 тысяч. Один СССР выпустил бронетехники в 2,1 раза больше, чем страны Оси вместе взятые. Понятно, что в таких условиях спасти ненавидимый всем миром «Тысячелетний рейх» не могло ни чудо, ни рекламируемое Геббельсом несуществующее «чудо-оружие».

    13 декабря 1941 года близ города Ельца застрелился немецкий генерал-лейтенант Конрад фон Кохенхаузен, командующий 134-й пехотной дивизией. В результате контрнаступления Красной Армии дивизия оказалась в тяжелом положении, понесла серьезные потери, и фон Кохенхаузен решил свести счеты с жизнью. На перспективы дальнейшей войны против СССР он смотрел крайне пессимистично и не верил в победу Германии. В отличие от Гитлера он был реалистом и прекрасно понимал, в какой тупик завел Германию фюрер-пустозвон.

    Для всего человечества, да и для Германии, было бы благом, если бы примеру генерала фон Кохенхаузена в декабре 1941 года последовал и сам Гитлер. Вряд ли он не понимал, к чему привела его бездарная политика и что в ближайшее время ожидает немецкий народ, о благе которого он якобы так заботился. Но политические шулеры, особенно высокопоставленные, редко ставят точку в своей карьере и жизни, пустив пулю в висок. Наоборот, понимая свой незавидный финал, они стараются утащить за собой в могилу как можно больше людей. Что и продемонстрировал Гитлер, превратив значительную часть Европы в руины и до последнего продолжая бредить о переломе в войне, даже когда во дворе рейхсканцелярии уже можно было слышать рёв советских танков.

    До сих пор историки спорят о том, куда же делся «великий вождь» немецкого народа весной 1945 года – то ли отравился цианидом, то ли сбежал в южноамериканские джунгли, то ли наглухо самоизолировался во льдах Антарктиды. Но в любом случае, его путь в джунгли или к капсуле с цианидом начался в декабре 1941 года. Именно тогда наступил момент, когда ему надо было всерьез рассматривать такие перспективы. Брошенная немецкая техника на освобожденной земле Подмосковья и трупы гитлеровских «сверхчеловеков» недвусмысленно предсказывали дальнейшую участь австрийского ефрейтора-авантюриста.

    Как и участь «Тысячелетнего рейха», жить которому оставалось чуть более трех лет.

     

    Источник

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.